В Центре детского отдыха «Солнечный» в деревне Колодезное под Тулой во время занятия по химии произошёл взрыв. Случилось это 18 августа 2024 года, но отголоски события слышны и сейчас. Тогда пострадали трое подростков и сам проводивший опыт парень: дети получили ожоги и резаные раны от осколков стекла, у вожатого травмирована рука: спасти палец так и не удалось. Через девять месяцев, 28 мая 2025 года, Ленинский районный суд Тулы признал 23-летнего Владимира Ч. виновным по уголовной статье за «оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности здоровья потребителей. История в итоге дошло до Кассационного суда осенью 2026-го, и потерпевшие... вступились за обвинемого. Они попросили пересмотреть дело и назвали произошедшее насчастным случаем. 

И снова лето, лагерь и опыт с бертолетовой солью… 

Опыты для неопытных

Очередной заезд в центр детского отдыха «Солнечный» был особым: приехали ребята, оказавшиеся в трудной жизненной ситуации.

Попасть в лагерь можно было только через конкурсный отбор.

- От сына требовалось решить некоторые задачи в форме теста на сайте… в интернете, ответить на вопросы. Задачи были по всем школьным предметам, – рассказывала одна из мам в суде.

Для ребят развернули насыщенную программу: пригласили и специалистов из летней школы «Атмосфера». Ее команда дополнительно рассказывает детям о разных темах: математика, биология, химия… А какая же химия без опытов?

Эта наука не могла остаться незамеченной для подростков. Каждую неделю дети выбирали предметы, которые будут изучать следующие семь дней, на линейках им представляли преподавателей в фирменных футболках, расписание висело на стендах у клуба. При этом, как прямо указано в приговоре, «формы учебных мероприятий различны, в том числе практические и семинарские занятия, тематика учебных пар включает в себя экспериментальную химию». За опыты как раз отвечал 23-летний Владимир Ч. Парень имел высшее образованием по химической специальности и более года работал с реактивами.

В лагере он вел кружок «Пиротехника», куда записались трое ребят:

- … пошел на пару по «Пиротехнике» потому, что там было интересно и не нужно было понимать, что делать, поскольку делал все Владимир Ч., а они [дети] просто смотрели, - пояснил один из подростков.

Все вместе познакомились с теорией, вскоре перешли к практике.

День эксперимента

По версии обвинения, изложенной в приговоре, 18 августа Владимир Ч. «достоверно зная, что [хлорат калия и красный фосфор] входят в составы пиротехнических составов и смесевых взрывчатых веществ типа окислитель-горючее», вышел вместе с тремя подростками на лужайку в тридцати метрах к юго-востоку от административного корпуса. 

С собой были стеклянная колба, ступка с керамическим пестиком, весы и реактивы в подписанных пакетах. Занятие началось стандартно: Владимир Ч. разъяснил правила безопасности, подростки выбрали опыт – «смесь состава головки спички». По формуле из старого учебника времен СССР один из ребят рассчитал уравнение реакции, воспитатель проверил и подтвердил, что оно верное. 

Дальше все шло по плану, пока не началось смешивание. Пострадавшая девочка описала процесс так:

- Владимир Ч. следил и проверял то, какие порошки берутся и сколько по граммам насыпается. Во время проведения опыта мы стояли с ребятами напротив Владимира Ч., который стоял полубоком с другой стороны стола… По состоянию ребят было видно, что с ними все хорошо, к тому же на здоровье и плохое самочувствие никто не жаловался.

Белого порошка (хлората калия, он же бертолетова соль) было больше, буро-красного (красного фосфора) – примерно вдвое меньше. Смесь в колбе объёмом около 300 мл покрывала дно слоем менее сантиметра. Когда реактивы были пересыпаны в колбу, Владимир Ч. отошёл от стола и начал керамическим пестиком разбивать комки смеси – и в этот момент колба сдетонировала.

- Владимир Ч. говорил, что от трения (перетирания) указанная смесь может взорваться, после чего начал тереть. В какой-то момент… произошла вспышка и очень громкий хлопок. Он [один из ребят] испугался и побежал в ту сторону, куда ему было удобнее, к корпусам лагеря, - рассказал другой подросток. 

Отметим, что в показаниях участников событий дистанция до стола меняется: девочка говорила об одном метре, второй подросток – о пяти, а сам Владимир Ч. утверждал, что просил детей отойти примерно на шесть метров. 

Версия защиты о плохом самочувствии

Владимир Ч. вину не признал. Он отрицал сам факт трудоустройства, то есть оказания услуги, не отвечающей требованиям безопасности, и объяснял, что никаких обязанностей на нём не лежало. Настаивал, что сам план опыта был безопасным. 

Пересказ показаний обвиняемого в материалах дела:

- Он планировал поставить стакан с химическими веществами на пень, взять индивидуальные средства защиты, очки, халат и кусок фитиля. Вернуться к стакану с химическими веществами, положить фитиль, сверху на пень насыпать химические вещества и поджечь фитиль. Потом отойти на безопасное расстояние и смотреть на реакцию… Он хотел показать реакцию, как в спичечном коробке, с выделением тепла и света. 

Также, за день до инцидента, по словам Владимира Ч., он терял сознание из-за имеющегося заболевания, а при опыте:

- В какой-то момент ему стало плохо, перестал контролировать свои движения, что произошло потом, он не помнит. Предполагает, что он надавил ручкой пестика на смесь, услышал хлопок и увидел вспышку». «Он не имел умысла и не оказывал услуги, не отвечающие требованиям безопасности здоровью потребителей.

На очной ставке с пострадавшей девочкой, которая, кстати, прямо говорила, что не видела, чтобы Владимиру Ч. стало плохо и что «он не был похож на того, кому стало плохо», подсудимый от дальнейших показаний отказался. 

Суды и приговор

Первая инстанция выяснила: оказалось, Владимир Ч. предоставил все документы для трудоустройства в лагерь и даже подписал срочный договор.

Любопытно, что несколько свидетелей – вожатых и воспитателей – утверждали в заседании, будто сами подписывали срочные трудовые договоры уже после взрыва, по просьбе директора, а Владимир Ч. был «волонтером» или «прикрепленным взрослым».

Суд эти показания отклонил, ведь они не говорят о том, что у Владимира Ч. договора не было. Кстати, заработную плату парню начислили, но он отказался её получать.

Кроме того, инстанция посчитала, что у Владимира Ч. был косвенный умысел: молодой человек, «осознавая общественную опасность своих действий… предвидя возможность наступления общественно опасных последствий… не желая, но сознательно допуская эти последствия, пренебрегая вышеуказанными правилами предосторожности, без использования средств индивидуальной защиты, не согласуя проведение химического опыта с руководством… приступил к демонстрации химического опыта». 

Версия о внезапном недомогании суд расценил как «стремление уйти от уголовной ответственности за содеянное и как избранный им способ защиты от предъявленного обвинения». 

Отдельно в деле отмечено, что все могло закончится хуже. По заключению специалиста, температура вспышки смеси может достигать 2500 градусов, скорость взрывчатого превращения – 2 км/с, а при взрыве «происходит высокоскоростное разрушение стеклянной посуды, осколки которой оказывают поражающее воздействие на находящихся поблизости людей».

Дети получили вред здоровью: легкий и средней тяжести. Владмиру Ч. ампутировали палец. Всем подросткам направили по определённой сумме, а путёвки вернули тем, кто покупал их сам: третий ребенок ездил по льготе. Девочке молодой химик дополнительно выплатил 30 тысяч рублей за моральный вред.

Парня наказали 240 часами обязательных работ, которые позже смягчили до 230 часов.

Примечательно, когда дело дошло до кассации, родитель одного из детей, а также пострадавший подросток встали на защиту Владимира Ч. Они утверждали, что умысла у педагога не было, произошел несчастный случай, сами претензий к мужчине они не имеют. Именно потерпевшие и довели дело до Кассационного суда.

 — [Потерпевший] полагает, что вынесенный в отношении Ч. приговор не содержит описание преступного деяния, признанного судом доказанным, и способа его совершения, в том числе, не содержит ссылок на нормативно-правовые акты, закрепляющие требования безопасности, которыми осужденный должен был руководствоваться при проведении демонстрационного опыта, и положения которых он нарушил, а также не указано, в чем именно выразилось такое нарушение. Заявляет, что он не имеет претензий к Ч.

Позиция изобилует "процессуальным канцеляритом", но кажется, потерпевший кричит: педагог не виноват! 

Потерпевшие попросили вернуть дело в областной суд.

Еще одна потерпевшая (мама пострадавшего ребенка) назвала решение суда незаконным и необоснованным:

 - Доводы апелляционных жалоб не получили надлежащей оценки и были отвергнуты без приведения в апелляционном постановлении мотивов принятых решений, а текст апелляционного постановления скопирован с текста приговора.

Доводы потерпевших и защитника осужденного суд не убедили:

 — Основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела. Поскольку существенных нарушений закона, повлиявших на исход дела, по уголовному делу в отношении Ч.. не допущено, оснований для удовлетворения кассационных жалоб, для отмены или изменения состоявшихся судебных решений не имеется.

Кассация оставила приговор в силе.