Штраф в 500 рублей для жителя Тулы Евгения Семёнова обернулся закрытым вкладом, потерянными процентами и многомесячными разбирательствами. Суд признал действия приставов незаконными, однако теперь мужчина добивается компенсации расходов на юристов, которым заплатил 65 тысяч рублей. Но и здесь возникла проблема…

Имена сотрудников юридической фирмы и ее наименование на данном этапе судебного разбирательства не называются по просьбе самого героя публикации.

Один штраф — три списания

В декабре 2024 года судебные приставы вынесли постановление о взыскании с Евгения штрафа в 500 рублей. Были заблокированы все его счета — зарплатные, пенсионные и депозит в банке.

По закону должнику даётся пять дней на добровольное погашение. Евгений утверждает, что оплатил штраф сразу после получения уведомления — причём дважды.

«Я в первый же день перевёл 500 рублей. Потом подумал: а вдруг не пройдёт платёж или будет ошибка — и отправил ещё 500. Всё это в пределах срока добровольного погашения. Я был уверен, что вопрос закрыт», — говорит он.

Однако через несколько дней мужчине позвонили из банка и сообщили, что по требованию приставов депозит будет досрочно закрыт.

«Мне объяснили: есть постановление — обязаны списать деньги. А если вклад закрывается раньше срока, проценты пересчитываются по ставке “до востребования”. То есть почти ноль. Я пытался объяснить, что штраф уже оплачен и что срок добровольного погашения ещё не истёк. Но мне сказали: есть требование — мы обязаны его исполнить».

Позже, по словам Евгения, пристав вынесла дополнительное требование о списании ещё 500 рублей с депозита. Деньги перечислили, затем они вернулись, однако вклад к этому моменту был закрыт. 

«Саму сумму вклада мне вернули, но вместо нормальных процентов начислили около 180 рублей. Я потерял почти 75 тысяч дохода. И всё это из‑за штрафа в 500 рублей, который оплатил сразу», — подчёркивает мужчина.

Переписка и молчание

Евгений направил жалобу в районный отдел судебных приставов. В ответе утверждалось, что действия были законными, а депозита в указанном банке у заявителя нет. При этом в документе фигурировало другое кредитное учреждение.

«Я читаю ответ и понимаю, что это какая‑то формальная отписка. Даже банк указали другой. Такое ощущение, что никто не разбирался в ситуации», — говорит он.

Мужчина начал писать в различные инстанции — в региональное управление ФССП, Минюст, свой банк и Центробанк. По его словам, обращения возвращались обратно в службу судебных приставов или оставались без ответа.

Записывался и на личный приём к руководству управления.

«Я просил только одного — вернуть деньги, которые я потерял по вине пристава. Мне не нужен был моральный вред, не нужны были громкие разбирательства. Но ответа я ждал месяцами», — вспоминает Евгений.

Деньги с депозита, говорит туляк, он планировал передать на лечение внуков.

«У одного внука тяжёлое онкологическое заболевание, у второго — серьёзная генетическая проблема. Я хотел, чтобы вклад закончился — и передать им эти средства. Для меня это было важно не столько финансово, сколько по‑человечески».

По его словам, на фоне затянувшейся переписки у него самого начались проблемы со здоровьем.

«Когда ты месяцами не можешь добиться элементарного ответа, это выматывает. Чувствуешь себя абсолютно беспомощным».

65 тысяч за защиту

В итоге Евгений обратился в юридический центр. Руководитель, по его словам, заверил, что дело очевидное: приставы нарушили закон, убытки и моральный вред можно взыскать, а судебные расходы будут компенсированы.

Стоимость услуг составила 65 тысяч рублей.

«Мне сказали: не переживайте, мы всё сделаем, у нас большой опыт, и эти деньги вам вернут через суд. Я понимал, что сумма для меня серьёзная, но решил, что иначе правды не добиться».

Подготовка иска заняла несколько месяцев. Связаться с юристом было непросто.

«Я звонил — не всегда отвечали. Спрашивал, как идёт работа, мне говорили: “Готовим, всё в процессе”. В итоге, когда я увидел текст иска, был в шоке».

В документе, по словам Евгения, были противоречия и арифметические расхождения.

«В одном месте одна сумма, в другом — другая. Не было расчёта процентов. Я не юрист, но даже мне было понятно, что так в суд подавать нельзя».

Иск отправили на доработку. В юридическом центре уверили, что замечания учтены. Однако вскоре из суда пришло уведомление о возвращении заявления.

«Оказалось, что значительная часть ошибок так и осталась. Более того, документ подали без того, чтобы показать мне окончательную версию. Для меня это стало неприятным сюрпризом».

После повторной корректировки иск приняли к производству.

Смена представителя перед судом

За несколько дней до одного из заседаний Евгению сообщили, что его делом будет заниматься другой юрист.

«Мне просто позвонили и сказали: у вас будет новый представитель. Я спросил — а как же передача дела? Ответили, что все документы у прежнего юриста. Для меня это был стресс — впереди суд, а мне приходится заново объяснять всю историю».

Тем не менее суд частично удовлетворил иск: сумму утраченного дохода постановили взыскать с Минфина России. В компенсации морального вреда отказали.

«Я не спорю с решением суда, но считаю, что моральный вред был. Эти месяцы тяжело дались мне и моей семье», — говорит мужчина.

Новый спор — уже с юристами

После вынесения решения Евгений подал заявление о взыскании судебных расходов — 65 тысяч рублей, уплаченных юридическому центру.

В суд представили договор, акт и чеки. Однако к документам возникли вопросы: в договоре не было конкретизации дела, акт не содержал расшифровки оказанных услуг.

Юристы подготовили новые версии документов с уточнениями. Но даты в них остались прежними.

«В суде обратили внимание, что документы фактически изменены задним числом. Я оказался в крайне неприятной ситуации: деньги заплачены, а теперь ещё нужно доказывать обоснованность этих расходов».

Судья предоставила время для устранения недостатков и указала, что при частичном удовлетворении иска размер компенсации может быть снижен.

«Я просто хотел справедливости»

Сейчас Евгений ожидает очередного заседания.

«Я не стремился к конфликту. Я просто хотел, чтобы признали ошибку и вернули то, что я потерял. Но в итоге уже второй год хожу по судам и инстанциям», — говорит он.

По его словам, больше всего его пугает перспектива остаться без компенсации юридических расходов.

«Для меня 65 тысяч — это серьёзные деньги. Я заплатил их, чтобы защитить свои права. И теперь снова вынужден бороться».