Врач в Донском, оправданная по ковидной афере, отсудила у Минфина полмиллиона
Врач-терапевт Анастасия Л., которую ранее обвиняли в получении фиктивных выплат на пациентов с ковидом еще в 2021 году, получит 514 тысяч рублей от Минфина РФ. Именно столько стоили услуги адвокатов, к чьей помощи медик прибегла в ходе уголовного дела. Его подробности, где замешаны ссора с коллегой, оговор от супруга и мировая пандемия – расскажем в материале Тульской службы новостей.
«Анамнез» врача-терапевта
Осенью 2026-го Тульский областной суд в апелляции рассмотрел жалобы представителя Минфина и Управления Федерального казначейства по региону. Ведомства возражали против выплат Анастасии Л., которую ранее реабилитировали по делу о мошенничестве с ковидными выплатами. И теперь госбюджет должен похудеть на полмиллиона рублей, чтобы компенсировать женщине услуги адвокатов из Костромы. За эти деньги защита работала на полную мощность…
Начало истории переносит в тот год, когда лица прохожих скрылись за медицинскими масками, между людьми установилась социальная дистанция, а диагноз «коронавирус» был страшным и непонятным. Вся надежда оставалась на врачей, которые работали сверхурочно, борясь с последствиями новой напасти.

В конце 2020 года правительство страны ввело специальные социальные выплаты медицинским работникам, которые в период пандемии контактировали с пациентами с подтвержденным диагнозом COVID-19. Позднее, в феврале 2021-го, свое постановление выпустили и власти Тульской области – появилась дополнительная мера поддержки из регионального бюджета.
Платили за нормативную смену, в которую врач непосредственно контактировал с ковидным пациентом. Из федерального бюджета через Фонд социального страхования – по 3 402 рубля за смену, из областного через управление соцзащиты – по 1762 рубля.
В Донской городской больнице, как и в других муниципалитетах, механизм заработал. Врач-терапевт Анастасия Л. трудилась там с 2018 года.
По показаниям свидетелей, врачи и медсестры самостоятельно составляли списки пациентов с подтвержденным коронавирусом – в произвольной форме, от руки, на обычном листе бумаги: фамилия пациента, дата рождения, дата приема или контакта. Список относили старшей медсестре, она вносила данные в общий реестр, заведующий подписывал, бухгалтерия начисляла выплаты. Четкой утвержденной формы таких списков, рассказывали очевидцы, не существовало.
А «доказательством» контакта в системе была электронная медсистема «Инфоклиника»: протокол приема, заверенный электронной подписью врача. При этом, как пояснили медсестры, у врачей была обязанность вести документы – в том числе телефонных обзвонов пациентов, которые лежали на самоизоляции.
Правда, то, что это обзвон, а не очный прием, стало известно, по свидетельским показаниям, только ближе к лету 2021 года. По закону выплаты положены только за личный контакт, а не телефонный. Коронавирус имеет много путей передачи от пациента к пациенту, но все же мобильная связь в этот список не входит.
Суть схемы и женская ссора
По версии следствия, в январе-феврале 2021 года Анастасия Л. семь раз вносила в списки пациентов, которых у нее в этот день на приеме не было. За каждую такую «смену» она получала и федеральную, и региональную выплату.
Итого женщина получила 29 тысяч рублей. И все шло бы шло своим чередом, если бы не женская ссора, она же – внутрибольничный конфликт. Версия сторон о его природе разнятся.
Анастасия Л. рассказала в суде, что после первых выплат у нее случился разлад со старшей медсестрой: та, по словам терапевта, требовала, чтобы врачи и медсестры делились с ней полученными выплатами, а получив отказ, пообещала «проблемы». Анастасия Л. отказалась платить и позже написала письмо в министерство здравоохранения с жалобой на вымогательство.
Старшая медсестра на суде все это категорически отрицала: «К Анастасии Л. у нее не было и нет никакого предвзятого либо отрицательного отношения». Ее версия: терапевт «раскидывала» пациентов, которые были у нее на приеме раньше, на дни, когда ковидных больных не было вовсе. И медсестра сама говорила врачу, что так делать нельзя и «такие больные к оплате не идут», а когда список с сомнительными сведениями пришел снова – сообщила заведующему, и вместе они сверяли списки с протоколами в «Инфоклинике», вычеркивая недостоверные строки.
Показания выстроились против врача. Медсестры, работавшие с Анастасией Л. на приеме, пояснили: пациенты с COVID-19 в период болезни не ходили на приемы – они сидели на самоизоляции, их обзванивали по телефону, и протоколы за спорные даты – это именно обзвоны. Двум медсестрам сразу присутствовать на одном повторном приеме одного пациента, добавили они, невозможно – а в реестре на выплату за те же дни были вписаны и врач, и обе медсестры.
Участники спора подтвердили и то, что часть сомнительных протоколов подписана электронной подписью самой Анастасией Л. – она несла персональную ответственность за данные в системе.
Дело изначально квалифицировали по ч. 3 ст. 159.2 УК РФ – мошенничество при получении выплат с использованием служебного положения.
Месть мужа
После возбуждения уголовного дела семья Анастасии Л. – муж и четверо детей, – переехала в другой город в начале апреля 2022 года. В какой – не сообщается, но известно, что адвокаты наняты в Костроме.
Вместе с защитниками терапевт отправилась в Донской, а когда вернулась, то сообщила супругу, что больше не хочет с ним жить. В тот же день он собрал вещи и уехал к родителям в другой город.
А против своей жены он дал показания в суде:
– Анастасия Л. ему лично неоднократно рассказывала сама о том, что составляла протоколы приемов пациентов в РИСЗ ТО «Инфоклиника», у которых уже ранее был диагностирован COVID-19 и которые уже находились на самоизоляции по месту жительства и проходили назначенное ею лечение, в ту дату (смену), при которой к ней реально не обращались пациенты с COVID-19, то есть обвиняемая. умышлено искажала данные истории болезни пациентов о датах их приемов (контактов), в целях получения социальных выплат.
Позже муж Анастасии Л. признался, что специально оговорил супругу.
– Свидетель свои показания, данные им в ходе предварительного расследования не подтвердил, при этом показал, что 30.12.2022 он находился в разрозненных отношениях с Анастасией Л., находился в агрессивном состоянии и с целью мести обратился к следователю для того, чтобы дать показания и как можно больше усугубить положение супруги. В тот момент он Анастасию Л. оговорил, а сейчас он дает показания, которые соответствуют действительности.
Согласно новым показаниям, Анастасия Л. не виновата.
Защита и реабилитация
Сама женщина вину не признала. Анастасия Л. утверждала, что порядок выплат ей не разъясняли – ни старшая медсестра, ни заведующий не довели до персонала, как именно оформлять смены. Списки все писали по-разному, в произвольной форме. Ее собственный список вообще не содержал дат приема – только фамилии пациентов с подтвержденным диагнозом.
По каждому спорному эпизоду она приводила альтернативу. Например: пациент, которому вменяли прием 5 февраля, впервые пришел к ней только 9 февраля с ухудшением, тогда диагноз и поставили. Но 5 февраля у нее на приеме были другие пациенты с подтвержденным ковидом – просто их протоколы в материалах дела отсутствуют. Но контакт-то был.

Отдельно она настаивала: сведения в реестр могла вносить сама старшая медсестра – из личной неприязни или с целью давления.
Донской городской суд 22 декабря 2023 года признал Анастасию Л. виновной. При этом исключил из обвинения признак «использование служебного положения». Состав сузился до ч. 1 ст. 159.2 УК РФ – мошенничество при получении выплат.
Вину суд счел доказанной: показаниями свидетелей, данными системы «Инфоклиника», реестрами и расчетами. Доводам о конфликте и «других пациентах» суд не поверил: показания свидетелей оценил как согласованные.
Наказание вышло символическим. Штраф 60 тысяч рублей зачли за время содержания под стражей и домашнего ареста (с конца августа по конец декабря 2023-го), снизив до 10 тысяч рублей. А затем суд освободил Анастастию Л. – к декабрю 2023 года истек двухлетний срок давности по преступлению небольшой тяжести. Приговор есть – наказания фактически нет.
Апелляция в апреле 2024 года приговор оставила в силе. Кассация вообще отменила и приговор, и апелляционное определение. Уголовное дело прекратили, так как нет состава преступления «ввиду малозначительности».
И главное: за Анастасией Л. признали право на реабилитацию. Реабилитация – это не просто «дело закрыли». По закону лицо, незаконно или необоснованно подвергнутое уголовному преследованию, имеет право на возмещение вреда: и имущественного (включая суммы, выплаченные за юридическую помощь), и морального. Деньги взыскивает не тот орган, что допустил ошибку, а казна – в таких делах это всегда министерство финансов.
Вторая война: за компенсацию
Осенью 2025 года женщина обратилась в суд: взыскать с казны 415 тысяч рублей, которые она заплатила трем адвокатам по уголовному делу, – и еще 25 тысяч – за юриста уже по самому спору о компенсации.
Суд первой инстанции требования удовлетворил, но апелляция решение отменила: из адвокатских коллегий подтвердились платежи только на 270 тысяч рублей из заявленных 415 тысяч.
Материал вернули на новое рассмотрение в тот же суд, но в другом составе. И тогда инстанция провела полноценную проверку: изучила каждое соглашение, каждую квитанцию, а работу адвокатов сверила с протоколами следственных действий и заседаний. Итог: подтверждено 400 тысяч рублей, а с учетом инфляции сумма выросла до 514 тысяч, плюс 40 тысяч рублей – на представителя.
Минфин и казначейство подали жалобу: мол, трое адвокатов делали одну и ту же работу, расценки завышены, суд не учел «разумность и справедливость».
Апелляция с этим не согласилась. Право на реабилитацию установлено кассацией и никем не оспорено – пересматривать его нельзя. Число защитников закон не ограничивает, так что само количество адвокатов – не повод резать сумму. Постановление оставили в силе полностью.
Сейчас, судя по материалам дела, Анастасия Л. продолжает судиться уже в Костроме за компенсацию морального вреда. Пока за незаконное уголовное преследование удалось добиться суммы в 250 тысяч рублей, но решение проверяется апелляционной инстанцией.