Новый выпуск спецпроекта МИЦ ТСН24 «Я тебя жду» – это рассказ о любви, которая умеет возвращаться, преодолевая годы, ошибки и расстояния. Выпуски цикла о женщинах, которые ждут своих героев, звучат в радиоэфире «Милицейская волна – Тула», а их текстовые версии доступны на сайте ТСН24. Сегодня – пронзительная история Виктории и Михаила.

«Мы родились в один день»

Иногда расстояние разрушает отношения. А иногда, как в случае с Викторией и Михаилом, оно лишь закаляет их, делая по-настоящему сильными. Их история началась задолго до специальной военной операции, когда они были совсем молоды: ей шестнадцать, ему восемнадцать. Первая любовь, юношеская гордость, случайная обида – и они разошлись, совсем прекратив общение.

Судьба разводила их по разным жизненным дорогам: оба вступили в браки, но ни у него, ни у неё ничего не сложилось. И лишь годы спустя, уже во время СВО, они поняли простую и важную истину: лучше друг друга у них не было никого.

«Начали заново общаться, всё вспоминать. И потихоньку это привело к тому, что мы поняли – существовать друг без друга не можем. Мы вообще родились в один день – 12 июня. Только он чуть постарше, а я помладше. И вот уже третий год я его жду».

Михаил был мобилизован. Сегодня на его плечах лежит огромная ответственность: он становится взводным, и под его ответственностью около двадцати человек.

«Он отвечает за их жизни, за выполнение задач. И ответственность у него сейчас не только за меня, а за семьи других людей тоже. Он очень сильно за это переживает».

«Пакеты просто упали»

День, когда после долгих лет разлуки они наконец увидели друг друга снова, Виктория помнит в мельчайших деталях. Это был момент, достойный страниц романа о любви, которая проходит любые испытания.

«Он спросил по телефону у меня: «Ты дома будешь?». Я говорю: «Конечно дома. Где я ещё могу быть?» А потом возвращалась от подруги. И он пишет: «Я уже подъехал». Я говорю: «В смысле?» Он отвечает: «Ну я приехал. Сейчас буду возле твоего дома». Я стою возле подъезда и вижу – идёт человек в форме. Худющий. Я вообще не знала, что делать. У меня в руках два пакета из магазина. Он подошёл, поцеловал меня, и пакеты просто упали. Было очень трогательно».

«Просто домовёнок Кузя»

За три года отношений живого общения набралось всего около двух месяцев. Всё остальное время – это ожидание. Самый долгий период тишины растянулся на четыре с половиной месяца.

«Самое большое, когда я его вообще не слышала, – четыре с половиной месяца. Мне по рации другие ребята передавали, что с ним всё хорошо. И всё. Четыре с половиной месяца я не слышала его голос».

А потом однажды ранним утром раздался звонок в дверь.

«Когда он позвонил, я вообще спала. Это было раннее-раннее утро. Смотрю – весь обросший. Просто домовёнок Кузя. Я думала, у меня сердца не хватит. Или я сразу в больницу уеду».

«Как будто часть меня оторвали»

Ждать оказалось не менее тяжёлым испытанием, чем служить. Были дни, когда мир сужался до размеров комнаты, и Виктория физически не могла встать с кровати.

«Я просто с этим научилась жить. Бывали моменты, когда я понимала, что у меня уже глубокая депрессия. Не могу ни встать, ни поесть, ни куда-то пойти. Но я научилась проживать это сама с собой. Да, меня накрывает. Да, бывает тяжело. Но мой стакан всегда наполовину полон».

Каждое расставание она переживает одинаково, словно в первый раз. Слёзы приходят не на вокзале, а позже, вместе с тишиной квартиры.

«Когда он уезжает, я не плачу сразу. Я приезжаю домой. И только тогда понимаю, что произошло. И как будто часть меня просто оторвали и выбросили. Моя жизнь сейчас вся завязана на нём. Я каждый час думаю: как он? Где он? Что ему нужно? Когда он напишет?».

«Даже если его нет рядом»

Даже когда Михаила нет рядом, Виктория находит способы быть с ним. Она продолжает готовить ему подарки к каждому празднику, создавая свой собственный ритуал любви на расстоянии.

«Каждый праздник я ему что-то покупаю. Даже если его нет рядом. Потом он приезжает, а я ему говорю: вот это тебе на Новый год, это на день рождения, это ещё на что-то. Мне от этого легче. Потому что даже если он далеко, забота о нём всё равно есть».

Она часто думает о том, что ждёт Михаила после возвращения домой. Виктория понимает: после всего пережитого человеку понадобится время и поддержка, и она готова стать для него той самой тихой гаванью.

«Очень мало людей задумываются, каково им там. Я понимаю, что после всего пережитого человеку нужна будет помощь. И мне хочется, чтобы он рассказывал мне всё. Потому что если мы говорим «и в горе, и в радости», значит нужно быть рядом не только когда хорошо. Я всё выслушаю. Всё послушаю. Постараюсь поддержать».

«Без часов, без календаря»

Была в жизни Виктории ещё одна история, которая объясняет всю глубину её чувств. Когда ей был двадцать один год, она пережила два инсульта. Две недели в реанимации, наедине с мыслями о вечном. Именно там, в тишине больничных стен, она поняла, кто был самым важным человеком в её жизни.

«Я лежала в реанимации. Без часов, без календаря. И начала думать, кто меня любил так, чтобы у меня к нему не осталось вопросов. И я вспомнила Мишу. Поняла, что даже в таком юном возрасте ко мне никто не относился лучше. И тогда решила, что нам нужно попробовать сохранить связь».

Сегодня они строят планы на будущее. Говорят о семье, о детях, о мирной, обычной жизни, которую пока приходится подождать.

«Я думаю, у нас появятся дети. Мы оба очень эмоциональные люди. Нам нужно постоянно куда-то ехать, что-то делать. Думаю, наша жизнь будет очень яркой. Потому что мы оба – эмоции».

А пока остаются ожидание, редкие звонки и слова, которые помогают выдержать любые расстояния.

«Миша, я тебя очень-очень сильно люблю. Я тебя жду. Ты знаешь прекрасно, что ты моё зеркало, а я твоё отражение. Я не знаю, как ещё описать свои чувства. Но ты знаешь, что они бесконечны. И я просто очень-очень сильно хочу тебя обнять».