Вера. Слово столь многогранное, что каждый найдёт ему свою интерпретацию. Вероятно, это одна из тех вещей, что отличает человека от животного. Проходя по улице Льва Толстого в Туле, невозможно не заметить католический храм Святых Апостолов Петра и Павла, величественно возвышающийся над окружающим пейзажем. Но что делает этот архитектурный шедевр по-настоящему святым местом? Камень, заложенный в его основание, витражи в окнах или кресты, венчающие шпили?

Нет. Это вера. Вера людей, посвятивших жизнь служению. Вера, скрепляющая семьи, поколения и даже нации. В этом убедились корреспонденты ТСН24, переступив порог тульского костёла.

Внутри нас встретили два человека, благодаря которым история этого места обретает голос: настоятель католического прихода отец Александр Кревский и Игорь Любимов — аколит прихода, помощник настоятеля и человек, стоявший у истоков возрождения общины. Разговор ожидаемо начался с корней.

Откуда проросли корни

«Католичество в Туле пошло от польских диаспор, которые до революции были здесь весьма активны и многочисленны, — начинает рассказ переводчик и культуролог Игорь Любимов. — Первая волна миграции польской шляхты пришлась на период после восстания 1830-х годов. Вторая, более массовая — после восстания 1863 года».

История распорядилась парадоксально. Участников мятежа не казнили, а ссылали вглубь России, запретив селиться в столицах и возвращаться на родину. Многие ссыльные дворяне выбирали Тулу из-за её близости к Москве. Они оседали здесь, заводили семьи, реализовывались в профессии и, что удивительно для тех времен, получали право свободно исповедовать католичество.

Поляки быстро вплелись в элиту оружейной столицы. Достаточно вспомнить Викентия Игнатьевича Смидовича (отца знаменитого писателя В. В. Вересаева), который более десяти лет был тульским старостой. Или Л. Л. Бохвица — члена Окружного суда, прокурора Окружного суда и статского советника.

Но верующим нужно было место для молитвы. Сначала, благодаря хлопотам Смидовича, власти разрешили открыть домовую часовню. Однако вскоре она перестала вмещать прихожан: католиков в Туле, с учетом стоявшей здесь арестантской роты, насчитывалось уже около 800 человек. Солдатам приходилось посещать мессы по графику, так как места катастрофически не хватало.

Нужно было строить храм. Староста В. И. Смидович обратился к тогдашнему тульскому губернатору Н. А. Зиновьеву с прошением о разрешении на строительство храма и о выделении земли. Обращение старосты поддержал Фёдор фон Гилленшмидт, городской глава Тулы. Большое значение для положительного решения вопроса имела позиция православного архиепископа Никандра, выдавшего письменное согласие на строительство. 

«Слово местного православного иерарха имело огромный, если не решающий, вес», — подчеркивает историк прихода.

Проектом занялся губернский архитектор Эварист Сковронский, тоже католик. Примечательно, что именно он проектировал в Туле знаменитый храм Успения Пресвятой Богородицы и церковь Иконы Божией Матери.

Город безвозмездно выделил участок на Киевской заставе — тогда это была окраина, застроенная бедными домишками. Деньги на стройку собирали буквально всем миром: благотворительные лотереи проходили по всей Польше. Храм возвели всего за год и освятили в 1896 году.

Век забвения

В 1930-е годы храм постигла судьба большинства религиозных святынь. Его закрыли, имущество конфисковали, а просторный неф разделили бетонными перекрытиями на два этажа.

В разные годы здесь базировались жилхоз, лётная школа, долгое время работала редакция газеты «Молодой коммунар». А позже здание отдали под лабораторию судебной экспертизы. Изящный католический костёл изнутри превратился в холодное советское учреждение с перегородками, станками и горами оборудования.

В подвале и вовсе вырыли огромную яму, залитую техническим маслом — там тестировали баллистические пистолеты. Масло, в которое десятилетиями летели пули, пропитало землю настолько, что стало символом поругания этого места.

Возрождение

История возвращения веры в Тулу началась в начале 1990-х, и началась она поразительно. Игорь Любимов, в то время работавший журналистом-политобозревателем в газете «Молодой коммунар», часто проходил мимо изуродованного здания храма-лаборатории.

«У меня возникла мысль: а остались ли вообще католики в Туле? — вспоминает он. — Я тогда сам ещё не был католиком. Написал статью "Легко ли быть католиком в Туле?" и дал объявление: пригласил всех желающих собираться по средам прямо в моём кабинете, на 11-м этаже редакции».

В первый раз пришло три-четыре человека. К концу года их было уже двенадцать. Люди приносили молитвенники из Москвы, читали, общались, заново учились верить. Именно в этот период сам Игорь принял решение креститься.

Когда община набрала необходимые для официальной регистрации 15 человек, в Тулу прислали постоянного священника — молодого францисканца из Польши Януша Мороза. Храма не было. Литургии проводили, где придется: в ДК оружейного завода, в обществе слепых, на квартирах. Начались настоящие «литургические скитания».

Молитвы в гараже: испытание холодом

То, что произошло дальше, звучит как сценарий независимого кино. Директор лаборатории судебной экспертизы из чистого человеческого сочувствия отдала общине старый кирпичный гараж, примыкавший к храму.

Польские строители, работавшие в те годы на тульских объектах, за свой счет и своими руками превратили эту автомобильную коробку в часовню. Воздвигли крест, поставили алтарь.

Вдумайтесь: целое десятилетие тульские католики молились в гараже у стен собственного храма. Там совершались все таинства — от крещения младенцев до отпевания. Когда места не хватало, столы с белыми скатертями выносили прямо во двор, на продуваемый ветрами пустырь.

«Зимой в гараже было так холодно, что, когда воду наливали в чашу для причастия, она на глазах превращалась в лед. Приходилось снизу отогревать чашу зажигалкой, чтобы совершить таинство. Вот так мы служили», — с теплой улыбкой рассказывает нынешний настоятель, отец Александр.

Каждую зиму община мерзла, каждое лето задыхалась от духоты. И все эти десять лет люди писали письма во все инстанции, умоляя вернуть им храм.

Возвращение домой

Чудо произошло в 2004 году. И вновь, как до революции, ключевую роль сыграла поддержка православной церкви. Письмо митрополита Тульского и Белевского Алексия, назвавшего возвращение здания «актом исторической справедливости», развеяло последние сомнения депутатов.

Но то, что католики увидели, переступив порог обретенного храма, привело их в ужас.

Бетонные перекрытия, горы битого стекла, брошенные станки, торчащая арматура, пыль десятилетий. А в подвале — та самая масляная яма для отстрела оружия.

«Отец Генрих Ливандовский, тогдашний настоятель, каждый год звал меня в подвал и в отчаянии говорил: "Игорь, посмотри, масло опять проступило сквозь свежий цемент. Я не знаю, что делать". Мы замазывали снова и снова. Мужчины ломали перегородки, выносили ржавое железо, женщины выметали мусор. Это была тяжелейшая, общая работа», — вспоминает член приходского совета.

Первую мессу в возвращенных стенах, которую служил архиепископ Тадеуш Кондрусевич, проводили посреди разрухи. Не было ни скамеек, ни витражей — только белый стол вместо алтаря. Но у людей на глазах были слезы. Они вернулись домой.

Восстанавливать интерьер пришлось по крупицам: старых фотографий внутреннего убранства просто не сохранилось. Но зато сохранились реликвии. Игорь с улыбкой достает оригинальный проект храма с подписью архитектора Сковронского. А затем показывает на старинный католический крест, стоящий сегодня на алтаре. 

Его несколько десятилетий, рискуя собой в годы государственного атеизма, прятала в своей квартире одна тульская семья.

«Когда нам наконец отдали гараж, они принесли этот крест и сказали: "Возвращаем. Наш дедушка спрятал его, чтобы сохранить для храма". Представляете? Они пронесли его через весь советский период», — поясняет культуролог. Это живая связь с теми, кто молился здесь сто лет назад.

О настоятеле

Биография историка храма оказалась весьма богатой, но не менее насыщенной является и история отца Александра Кревского. Он служит настоятелем четвертый год. Его судьба — зеркало истории XX века. Родился в СССР: отец — католик, мать — православная, из Белорусской ССР. Решение стать священником принял в 1991 году, в момент развала Союза.

Поскольку в новой России католических семинарий еще не было, епископ отправил его учиться в Польшу. Шесть лет философии и богословия, второе образование в Познанском папском университете...

«Шесть лет пришлось учиться думать на польском языке. Потом вернулся в Россию, а отучиться от акцента до сих пор не получается», — с доброй улыбкой признается отец Александр.

Мир в миниатюре

Сегодняшний приход — это уже не только «польская диаспора». Это весь мир в миниатюре. Под сводами тульского костёла встречаются немцы и латыши, венгры и хорваты. Рядом с потомками старых дворянских родов молятся студенты из Латинской Америки, Африки и Вьетнама.

«У нас уникальное многообразие культур, — говорит настоятель. — Но большинство современных прихожан — русские люди. У многих даже не было предков-католиков, они сами осознанно выбрали этот путь. У нас никогда не бывает межэтнических конфликтов, ведь перед Богом все равны».

Вера в этих стенах удивительным образом уравнивает всех: и простых горожан, и мировых знаменитостей. Игорь Любимов вспоминает примечательный случай, когда на воскресную мессу пришел Роберто Манчини — легенда мирового футбола. В то время он работал в России, возглавляя питерский «Зенит», который приехал в Тулу на матч с местным «Арсеналом».

Для Манчини, как для католика, воскресное богослужение было приоритетом. Он сам нашел адрес храма, пришел без лишнего пафоса и охраны, сел на обычную лавку в конце зала и молился вместе со всеми. В тот момент он не был звездным тренером — но в Тульском храме он был просто прихожанином. Этот визит стал для общины еще одним подтверждением того, что в храме нет «высоких статусов», есть только люди и их духовный поиск.

То, чем живёт храм

Община у храма небольшая — около 200 постоянных прихожан. Но это единственный католический храм латинского обряда на всю Тульскую область. Сюда едут из Ефремова, Новомосковска, Узловой, Белёва.

Недавно тульские католики отметили важную историческую дату — 130-летие первого освящения храма. По этому случаю приход получил официальное письмо с поздравлениями от Папы Римского Льва XIII. Для общины это стало особым знаком того, что о них помнят.

Приход живет полноценной городской жизнью, оставаясь при этом островком тишины и созерцания. На стене храма висит памятная табличка о летной школе, которая работала здесь в советские годы. Отец Александр Кревский гордится её присутствием: 

«Это тоже наша история. Нельзя вычеркивать куски из жизни здания. Всё это — часть долгого пути».

Хочется сказать, что храмы и их история часто отражают дух своей религии. Это место отражает несгибаемый дух христиан: построено, потом забыто и осквернено, возрождено и вновь готово принимать к себе всякого, у кого в сердце есть место для Бога. Это, наверное, и есть сила веры.

Теперь вы можете сами себе ответить, легко ли быть католиком в Туле.