В Туле директору санатория «Велегож» отказали в компенсации после незаконного обыска

Советский районный суд рассмотрел иск директора санатория «Велегож» Ш. к Минфину РФ в лице Управления Федерального казначейства по Тульской области и регионального СУ СКР о взыскании компенсации морального вреда. Поводом для обращения в суд стал обыск у истца, который в дальнейшем суд признал незаконным.

Согласно материалам дела, обыск был проведен в ноябре 2022 года в рамках расследования уголовного дела о невыплате заработной платы. В постановлении следователя было указано, что дома у Ш. могут храниться финансово-хозяйственные документы о деятельности санатория «Велегож», а также интересующие следствие файлы на компьютере и тд. В итоге следователи ничего не нашли в доме у истца. Ш. пояснил, что пост директора он занял только в сентябре 2022 года, поэтому никакого отношения к работе бывшего руководства не имел. 

«Никакого отношения к преступной деятельности он не имел, после его вступления в должность никаких документов ему не передавалось, никаких актов приема-передачи он не составлял, в связи с этим у следствия не имелось оснований для производства обыска в его жилище», – пересказаны в материалах дела слова истца. 

Позже Тульский областной суд признал постановление о проведении обыска незаконным. В связи с этим истец и потребовал компенсацию морального вреда, заявив о нарушении прав на неприкосновенность жилища и уважение частной жизни. По словам Ш., он испытал унижение своего достоинства как законопослушного гражданина перед родственниками, знакомыми и соседями, которые являлись понятыми при обыске. Также информация о визите следователей распространилась в коллективе. 

Позже, добавил Ш., у него ухудшилось состояние здоровья. Моральные страдания истец оценил в миллион рублей.

Представитель ответчика заявила об отсутствии оснований для компенсации, а ее размер назвала чрезмерно завышенным.

Известно, что одним из фигурантов уголовного дела был экс-депутат Тульской областной Думы. Позже дело было прекращено за отсутствием в действиях подозреваемых состава преступления.

Обыск был признан незаконным, но суд отметил, что никаких доказательств, свидетельствующих о страданиях истца, нет. Уголовное преследование Ш. не осуществлялось, мера пресечения не избиралась, допрошен он был в качестве свидетеля. И если сам обыск был признан незаконным, то действия сотрудников СК неправомерными не признавались – они провели все мероприятия в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом при соблюдении прав Ш.

Также суд исследовал медкарты истца, где были отражены обращения за помощью, но там отсутствуют записи врачей по факту ухудшения состояния ввиду неправомерных действий следователей.

«Суд приходит к выводу о том, что истцом не представлены доказательства нарушения его неимущественных прав, посягательств на принадлежащие ему другие нематериальные блага, причинение ему ответчиками или его должностными лицами физических или нравственных страданий, в результате производства обыска в его жилище», – говорится в материалах.

В феврале 2026 года Советский районный суд принял решение отказать Ш. в удовлетворении иска.