Содом рядом

   07.06.2017, 12:44

   Комментариев нет

«Тульская служба новостей» — о людях, чье поведение отклоняется от устоявшихся общественных норм.

Дети радуги

21-летние Влад и Кирилл (имена изменены – прим. авт.) вместе уже три года. Встречаемся с ними в одной из кафешек на проспекте Ленина. Ребята сразу же просят о сохранении анонимности – родители Кирилла уверены в том, что у него есть девушка.

— Я сам родился в области, сюда переехал учиться. Впервые осознал, что я другой  — на втором курсе, — рассказывает Влад, нервно помешивая ложкой заказанный кофе. – В школе были отношения с девушками, но как-то не клеилось. А в универе я обратил внимание на Кирилла. Было очень стыдно, но я засыпал и просыпался с мыслями о нем…

— Тяжелее всего признать, что ты не такой как все, — вступает в беседу молчавший до этого Кирилл. – Я встречался с девушкой с 9-ого класса. Вроде бы все нормально было, но все равно, как будто жил не своей жизнью. На одной из вечеринок поругались с ней и меня поддержал Влад. Мы были пьяными. Долго разговаривали обо всем на свете. И совершенно неожиданно мне захотелось его поцеловать…

Во время диалога парни заметно нервничают. Признаются, что держат свои отношения в тайне ото всех. В курсе только бывшая девушка Кирилла. Она, по просьбе ребят, продолжает играть роль девушки Кирилла в те дни, когда в город приезжают его родители.

— Мы не называем себя парой – мы партнеры, — продолжает говорить Влад. – Мы не рекламируем свою ориентацию, мы просто просим проявить немного больше терпимости. Ведь гомофобия не дает людям стать счастливыми. Мы не одни такие. Я знаю в Туле много однополых пар, которые не демонстрируют свои чувства из-за боязни быть высмеянными или избитыми.

— А вам не кажется эта, хмм, связь немного противоестественной?

— В любви нет ничего противоестественного…

В ходе беседы «партнеры» признаются, что пробовали лечиться. Ездили в Нижний Новгород к Яну Голанду (психотерапевт, считающий гомосексуализм болезнью, поддающейся лечению – прим. авт.). Не помогло. На мои замечания о том, что родители вряд ли одобрят их союз, ребята замыкаются. Торопятся распрощаться. Напоследок просят о непредвзятом взгляде на чужое счастье. И напоминают об анонимности…

«Не хочу загонять себя в рабство ради ребенка…»

Лере 25 лет. Лера принципиально не хочет иметь детей и в беседе мило называет их «личинками». Лера – чайлдфри ( Чайлдфри — жизненная позиция, характеризующаяся сознательным нежеланием иметь детей – прим. авт.).

— Вот зачем мне эта обуза, объясни? – в который раз за время нашей встречи возмущается девушка. – Дети счастье и радость, но НЕ ДЛЯ ВСЕХ! Стакан воды в старости мне принесет медицинский работник. И не надо рассказывать мне о моих родителях. Они родили меня – молодцы. Я не обязана повторять их судьбу.

— И давно у тебя такие убеждения?

— С самого детства детей терпеть не могу (смеется). И когда мне внушают, что я должна выносить в себе эту личинку, а потом ее воспроизвести на свет, меня трясти начинает от гнева. Если бы не боялась медицинских работников, давно бы стерилизовалась втихаря.

— Лер, вот ты не хочешь детей, другая девушка не хочет детей, в итоге страна-то потихоньку останется без будущего – без новых россиян…

— А я здесь причем? Ты трясешься за родину – ты и рожай детей. Да побольше. Чтобы завести ребенка и съехать на собственную квартиру обыкновенной молодой семье нужно пару миллионов. В нашем регионе зарплаты, прямо скажем, не самые большие. Значит, деньги на квартиру берутся в ипотеку. А это – кабала лет на 10-20. И вот стоит ли ради мнимого долга перед страной обрекать себя на жизнь в нищете и рабстве в этой самой стране?

Постоянного партнера у Леры нет. Как говорит девушка, парни начинают заводить разговоры о будущем, в котором фигурируют общая квартира и ребенок. Этого оказывается достаточно для разрыва и поиска нового спутника. Для Леры это образ жизни, для родственников и знакомых – распущенность и аморальность.

— Мама постоянно ноет, мол, если бы они с отцом были чайлдфри, меня бы не было, — ухмыляется девушка. – А я отвечаю, это было бы лучше для всех. Я бы не родилась, следовательно, не страдала бы.

— Ради чего ты живешь?

— Не ради чего, а ради кого – ради себя, разумеется. Я живу так, потому что мне нравится так жить. И никто не в праве меня осуждать. Если любовь к детям заложена в генах, то детские дома не были бы переполнены. Поэтому, мне кажется, моя позиция честнее всех этих нарожавших в 16 лет «яжматерей»…

В разговоре Лера то и дело бросается аргументами в пользу жизни без детей, громко возмущается многодетными семьями, критикует женатых знакомых, собирающихся заводить детей. Одновременно с ее спичем соседний столик занимает семья с мальчиком лет четырех-пяти. Малыш громко делится впечатлениями обо всем увиденном. Родители с улыбкой его слушают. Моя собеседница постепенно замолкает, а спустя некоторое время уходит под аккомпанемент счастливого смеха из-за соседнего столика.

лерищееее

Лера сознательно отказывается от материнства, называя детей «личинками»

«Для того, чтобы достать наркотики сегодня достаточно просто иметь интернет…»

32-летний Андрей (имя изменено – прим. авт.) – частный предприниматель. Небольшой бизнес приносит достаточно большие, по меркам Тулы, деньги. А эти деньги, в свою очередь, приводят Андрея к самым разнообразным искушениям, как он их называет.

— Начнем с того, что мне всегда были интересны эксперименты с расширением сознания, — рассказывает мужчина. – В молодости чего только не пробовал. Тогда на это сквозь пальцы смотрели, и можно было особо не скрываться. Сейчас полиция мониторит все и всех, так что давай будем говорить абстрагировано.

— Давай. Говоря об искушениях, ты имеешь в виду наркотики?

— Уточним, говорим не обо мне сейчас (улыбается). Допустим, какой-то молодой человек захотел попробовать что-то запрещенное законом. При этом он не хочет быть привлеченным к уголовной ответственности. Тут появляется анонимный браузер под названием «***». Там можно найти все, что угодно…

— И что же, полиция не может ничего сделать с теми, кто сидит через этот браузер?

— Не знаю. Могу только сказать, что там существует ряд интернет-магазинов с соответствующим содержимым. Работают они не первый год. Выводы делай сам…

Вышеупомянутый браузер доступен для скачивания абсолютно каждому. После соединения с сетью «***» вы оказываетесь в другом интернете. Реклама различных наркотиков уютно соседствует с предложениями приобрести документы сотрудника Следственного комитета или полиции. По желанию можно заказать паспорт гражданина другой страны. Или оружие.

— Схема простая, — продолжает Андрей. – Заинтересованный человек пишет продавцу о том, что хочет ознакомиться с товаром. На пробу ему оставляют адрес с закладкой. После пробы он уже покупает и оставляет отзыв. Так что, для того, чтобы достать наркотики сегодня достаточно просто иметь интернет.

— А зачем ты мне это рассказываешь?

— Мы же не обо мне говорим, помнишь. Допустим, я просто хочу, чтобы в эту систему не попадали дети. Это предупреждение для родителей. Взрослый человек вправе распоряжаться своей жизнью так, как хочет, а молодежь нужно беречь…

Оставив бизнесмена вместе с его противоречиями, обращаюсь с вопросом о браузере  к знакомым из правоохранительных органов. Они отвечают стереотипно – мы все знаем, всех ловим. Однако, несмотря на «поголовную ловлю всех», в браузере каждый день появляются новые предложения, ориентированные на клиентов из Тульской области…

Исключения, а не норма

Вышеуказанные персонажи для нашего региона — исключения, а не норма. Исключения, требующие уважения и соблюдения их конституционных прав. В основном же туляки, как и большая часть россиян, встречаются, влюбляются и заводят здоровые семьи с лицами противоположного пола.

— Мы не планировали создать семью, — рассказывает Евгения Аркуш. — Просто бывает так, что встречаешь человека и понимаешь — вот это ОН. И я хочу быть с ним до конца жизни. Так было у нас. Поэтому самым главным и первым нашим шагом было совершение таинства венчания, ведь союзы заключается на небесах. Семья — это смысл жизни, это дом, в котором тебя любят и ждут…

Евгения и Владимир познакомились еще в школе. Правда, на встрече выпускников — Владимир на три года старше Жени. Ей было 19, ему 22. Так как Владимир военный, вскоре после свадьбы молодая семья по распределению уехала в Нижегородскую область. Вместе они уже 12 лет. У Жени и Вовы двое очаровательных детей – Никита и Миша. А еще есть пес Абрикос.

— Появление каждого ребенка в семье был осознанный и очень важный шаг в нашей жизни, — улыбается Женя. — Мы дарим детям всю любовь и нежность, а они каждый день радуют нас своими улыбками и задорным хихиканьем. У нас прибавилось ответственности за маленьких человечков. Необходимость растить их, радоваться каждому дню, проведенному вместе. Дети наш стимул, только ради них все, что мы делаем, это продолжение рода и радость жизни! А самое главное, что изменилось, это то, что у нас стало вдвое больше любви!

семья

В марте этого года Владимир, Никита, Миша, Евгения и Абрикос выиграли конкурс «Семья года» в номинации «Молодая семья»

Комментарий чиновников…

Александр Балберов, заместитель председателя Тульской областной Думы, руководитель фракции ЛДПР в Тульской областной Думе:

— Как туляки, граждане Российской Федерации, с глубокими исторически-культурными корнями могут относиться к вот этим людям? Людям, которых в словаре Даля обозначают «прекрасным» словом «гомосексуалист» или «мужеложец»? Между прочим, во времена СССР была статья, карающая за мужеложество… Современное общество должно относиться к представителям нетрадиционной сексуальной ориентации отрицательно. Это сугубо мое мнение. На нашей православной земле таким людям нет места. Для таких как они есть «развитые» страны Европы или Америка. Хотите практиковать такое — выезжайте из страны и практикуйте на здоровье. Или лезьте в подвалы, запирайтесь в квартирах, но не говорите об этом. Не рекламируйте это.

Что же касается чайлдфри — это опять же производные «либерализации». Распад Союза привел к тому, что молодые люди теперь не хотят иметь детей. Объяснить это просто – поколение, родившееся перед распадом СССР, застало разрушительное десятилетие. Застало самые поганые для современной России годы. И сегодня, когда это поколение должно создавать семью, оно вспоминает, как росло. Денег нет, работы нет, разруха везде. Естественно, сегодня, когда  в стране существует нестабильная экономическая обстановка, поколение задумывается, а стоит ли заводить ребенка? Ну и западная культура, которая потекла к нам в 90-е виновата в этой тенденции. Культура низшего качества, проповедующая однополую любовь, которая позволяет обходиться без детей. Все это приводит к такому явлению как чайлдфри, к которому лично я тоже отношусь отрицательно…

И церкви…

 Информационный отдел Тульской епархии оказался на удивление немногословен. Для начала его представители переслали наш запрос в социальный отдел, сообщив, что они понятия не имеют, что тот нам ответит.

А потом и вовсе посоветовали ознакомиться с высказываниями руководителя синодального отдела по взаимодействию церкви и общества Владимиру Легойде.

Напоследок некий Сергей из этого самого информационного отдела кокетливо отметил, что понятия «ЛГБТ» и «Чайлдфри» являются грехом. Ну, хоть что-то…

Вероятно, все силы, необходимые для конструктивного диалога, сотрудники информационного отдела потратили на субботник в «самом пацанском храме».

Или просто опасаются представителей СМИ, после истории со священником и внедорожником

Текст: Артем Жильцов.
Фото: из архива героев публикации.

Видео

Фоторепортаж